Меню
Напротив 21 отделения «Новой Почты» в Марике есть парикмахерская. Там висит табличка - «нетрезвых и с грязной головой не стрижем».
Я говорю шо трезвый, но голова у меня такой чистоты, что надо хлоркой посыпать и керосином смыть. Потому что на базе даже техническая вода в дефиците, а в море мыть нельзя, оно замерзло на два километра от берега. Тетка смотрит на мое камуфло, и говорит — ничего, я сейчас помою. И моет. И спрашивает — как вы там?
Я отвечаю — стараемся. Все будет нормально. Вы не бойтесь. Она утыкается головой в кресло и начинает плакать. И говорит — если что, вы позвоните, мы сами приедем, пострижем. Бесплатно. У вас там есть чем воду нагреть? Кастрюля, дрова?
Есть, говорю, но лучше мы к вам. Нам же тоже надо в город. На людей посмотреть, и вообще в кино сходить. Она — вам височки под ноль, или шестерочку? - Шестерочку. - Извините, я подружку позову, не могу стричь, у меня руки трясутся. Она хороший мастер. Та-а-аня!.. Здесь нашего постричь надо.
Нашего. Наконец-то "нашего", а не "этого".
И уходит. А я сижу, смотрю на себя в зеркало, у меня небритая шея, на шее догтеги, а на голове чалма из полотенца. И понимаю — ради этого и надо воевать.
Чтобы менять софт. С "этих" на "наших"
 |  Немає коментарів